24 октября 2018, среда, 05:08

Facebook Twitter RSS

12:01 21 сентября

Мавзолей Котовского: снести или спасти

Под Одессой начинается битва за уникальное историческое захоронение легендарного командира, пишет «Украина.ру».

Украинская власть отличается особенной нетерпимостью к мавзолеям. Само название этих захоронений с забальзамированными телами, которое происходит от имени античного царя Мавсола, по всей видимости, ассоциируется у наших чиновников со знаменитым ленинским мавзолеем в Москве — что автоматически вызывает желание их уничтожить.

Так, в феврале исполняющая обязанности министра здравоохранения Украины Ульяна Супрун пыталась отказать в средствах на плановое ребальзамирование выдающегося ученого и хирурга, москвича Николая Пирогова, который упокоился 136 лет назад на территории нынешней Винницы — в самом старом мавзолее на территории бывшего СССР. Эта варварская инициатива вызвала серьезный скандал — поскольку мавзолей Пирогова широко известен в научном мире, и, вдобавок, является одной из главных достопримечательностей родного города премьер-министра Владимира Гройсмана. Средства на спасение тела все же нашлись — хотя не стоит исключать новых покушений на мавзолей одного из создателей анестезии, который виноват перед нынешними националистами своим неукраинским происхождением.  

Другой мавзолей, в котором был похоронен знаменитый красный комдив и комкор Григорий Котовский, находится сейчас под угрозой уничтожения в соответствии с репрессивным законом о декоммунизации. Решение о захоронении здания было принято еще в 2016 году — когда носивший его имя город Котовск стал называться Подольском. Тело Котовского должны были перезахоронить с воинскими почестями на местном кладбище, а сам монумент подлежал демонтажу. Однако, эта инициатива сразу натолкнулась на саботаж со стороны местной общественности, которая делала акцент на особой архитектурной и исторической ценности  уникального в своем роде провинциального мавзолея. Ведь он являлся едва ли не единственной достопримечательностью этого районного центра. 

История захоронения комдива наглядно иллюстрирует, насколько яркой была фигура этого «бессарабского Робин-Гуда» — даже на фоне событий Гражданской войны, которая породила целую плеяду легендарных военачальников. Биография Котовского напоминает сюжеты приключенческих романов, большим любителем которых, он, к слову, являлся.

Его отец переехал в Молдавию из украинской Подолии, устроившись на работу механиком местного винокуренного завода. Рано осиротевший Котовский воспитывался крестными, которые помогли ему устроиться в агрономическое училище, где юноша вступил в подпольный кружок социалистов-революционеров — и через некоторое время стал совершать дерзкие ограбления местных помещиков и банкиров, которые прославили его имя далеко за пределами Бессарабской губернии.

Человек богатырской силы, левша и заика, он совершал поступки необыкновенной дерзости — отпускал на волю арестованных за долги крестьян, выдав разоружённым охранникам справку: «освободил Григорий Котовский», демонстративно пил кофе напротив полицейского участка в Кишиневе, прямо перед глазами у разыскивающих его жандармов, и заводил романы с самыми красивыми девушками Бессарабии. Легендарный разбойник снискал известную популярность у местных жителей — что были вынуждены признать местные власти. Этому способствовал не только его романтичный  образ.

Криминальная деятельность Котовского всегда оправдывалась идеологическими целями, а вырученные от эксов средства помогали финансировать многочисленное социалистическое и анархистское подполье Одессы и отряды еврейской самообороны, которые начали создаваться в Бессарабии после кровавого Кишиневского погрома.

Совершая экспроприации, Котовский зачастую щедро делился с жителями молдавских сел. В этих жестах была не только погоня за популярностью, но и точный расчет — помогая крестьянам, «степной Робин Гуд» находил в них надежных союзников, которые укрывали его от жандармов. Благодаря этой поддержке он долгое время оставался неуловимым.

Впрочем, близость к народу не мешала Котовскому органично ощущать себя в среде одесской интеллигенции — чем способствовала образованность и знание языков.

«Прекрасно говорит по-русски, румынски, и еврейски, а равно может изъясняться на немецком и чуть ли не на французском языках. Производит впечатление вполне интеллигентного человека, умного и энергичного. В обращении старается быть со всеми изящным, чем легко привлекает на свою сторону симпатии всех имеющих с ним общение. Выдавать он себя может за управляющего имениями, а то и помещика, машиниста, садовника, сотрудника какой-либо фирмы или предприятия, представителя по заготовке продуктов для армии и прочее. В разговоре заметно заикается. Одевается прилично и может разыгрывать настоящего джентльмена», — рассказывала об его талантах полицейская ориентировка этой эпохи. 

После февральской революции Котовский, и с головой бросается в революционную стихию, участвуя с небольшим отрядом в крестьянских бунтах, которые охватили тогда Бессарабию. После ареста он успешно бежал из сибирской каторги в Нерчинске, и совершил легендарное ограбление Бендерского казначейства. Арестованного после ранения эсера приговорили к смерти через повешение — однако, популярность помогла ему получить помилование, подписанное командующим Юго-Западным фронтом генералом Брусиловым. Причем, за популярного арестанта ходатайствовали министр Гучков и адмирал Колчак. Освобожденный после Февральской революции, по личному распоряжению Керенского, Котовский произнес революционную речь в Одесской оперном театре, где как раз давали «Кармен». А потом продал на аукционе свои кандалы, которые приобрел за три тысячи рублей богатый купец Гомберг. 

Казалось бы — Котовского ожидала блестящая карьера в качестве сторонника Временного правительства. Однако, прошедший через каторгу и тюрьмы политзаключенный, вне всякого сомнения, был глубоко идейным и деятельным человеком, которому претила кабинетная роль чиновника. Уже вскоре он отправился на Румынский фронт, где получил за храбрость Георгиевский крест, а затем стал главой местного солдатского комитета. В результате левой агитации, Котовский примкнул к крайним революционным группам, общаясь с левыми эсерами, анархистами и большевиками, которые набирали популярность в Одессе и во всей остальной стране.  И, в итоге, сделал свой выбор в пользу Владимира Ленина и Льва Троцкого.

Командуя кавалеристской бригадой, а затем — корпусом, он заслужил три ордена Красного знамени, очередные ранения и новую славу в многочисленных боях против самых разных противников. В феврале 1920 года Котовский активно участвовал в освобождении Одессы от интервентов — причем, находившиеся в городе части галицких сечевых стрельцов во главе с генералом Сокирой-Яхонтовым перешли на его сторону, и влились в Красную Армию в качестве одного из подразделений Червоной Украинской Галицкой армии, получив от Котовского захваченные у деникинцев бронеавтомобили.

Вскоре после этого комдив вступает в РКП(б) и участвует в операциях против петлюровцев, поляков, антоновцев и махновцев. Наконец, в ноябре 1921 года его кавалерийский корпус поставил точку в гражданской войне на территории Украины, разгромив под Базаром Волынскую группу армии УНР во главе с генерал-хорунжим Тютюнником, которая пыталась прорваться к Киеву с территории Польши — что сделало бессарабского командира объектом особой ненависти националистических историков и активистов.

Его влияние на родной Бессарабии было почти безграничным, и Котовский использовал его в бурную эпоху НЭПа — хотя, вопреки слухам, отнюдь не для личного обогащения. Он основал несколько небезуспешных коммерческих предприятий, включая кожевенные и сахарные заводы, а также целое мини-государство — автономную Молдавскую ССР в составе Советской Украины, которую тут же прозвали «Республикой Котовией». Еще бы — ведь по легенде, Котовский собственноручно провел на карте границы новосозданной автономии, столицей которой стала Бирзула — будущий Котовск, переименованный декоммунизаторами в Подольск.

Смерть настигла этого человека на пике славы, при весьма загадочных обстоятельствах.

В  1925 году, находясь на отдыхе под Одессой, Григорий Котовский погиб от пули своего подчиненного Мейера Зайдера, бывшего владельца публичного дома, который когда-то укрывал его от полиции.

Это убийство сразу же обросло ворохом слухов. Одни считали его мотивом банальную ревность, другие видели в нем месть за разгром «полка имени Ленина», сколоченного из одесских бандитов под командованием легендарного Мишки Япончика и разогнанного Котовским за дезертирство. Зайдера также считали агентом румын, опасавшихся, что популярный в Бессарабии командир может расширить свою «Котовию» за счет заднестровской Молдовы, где его имя с надеждой повторяло множество местных жителей. А еще одна, типично перестроечная конспирологическая версия приписывала убийство Котовского проискам Сталина — поскольку незадолго до гибели «бессарабский Робин Гуд» якобы получил приглашение занять пост заместителя Наркомвоенмора Фрунзе, который пережил Котовского всего на два месяца, скончавшись на операционном столе в Москве. 

Как бы там ни было, через несколько лет комкор был отмщен. Григорий Вальдман, бывший одесский уголовник, а после командир эскадрона в бригаде Котовского и кавалер орденов Красного знамени, разыскал и казнил убийцу своего командира. Жизнь с фабулой приключенческого романа получила достойное завершение, а тело Котовского стало источником поклонения земляков.

Уже на следующий день после его гибели в Бирзулу направились московские специалисты-бальзаматоры во главе с профессором Воробьевым. В небольшом полуподземном помещении был установлен стеклянный саркофаг, где находилось открытое для обозрения тело Котовского. Рядом, на бархатных подушках, лежало его наградное оружие и ордена. А в 1934 над бессарабским мавзолеем надстроили трибуны, возле которых проходили парады по образцу московских. 

Первый Мавзолей Григория Котовского просуществовал шестнадцать лет. В 1941 году румынские оккупационные войска разбили саркофаг, выкинув тело в ров с телами расстрелянных евреев. В ту же ночь рабочие железнодорожного депо вырыли останки комкора, и спрятали его на чердаке, предварительно облив сверхдефицитным в военное время спиртом. После освобождения люди сами отнесли на место гроб с сохраненным телом, установив его на простой деревянной лавке, которую украшал портрет работы местного самодеятельного художника. 

Интересно, что руководство вновь образованной союзной республики Молдавии потребовало перезахоронить Котовского на своей земле — но после длительных кабинетных войн Украина удержала у себя «спорное» тело. Над сохранившейся подземной комнатой надстроили гранитную стелу с барельефом полевого командира, причем вход в «мавзолейную» часть комплекса почему-то находится с ее тыльной стороны. Новое сооружение предложили именовать «склепом». Однако слово «мавзолей» прочно утвердилось в сознании жителей Котовска, которые с гордостью сравнивали местную достопримечательность с ленинским мавзолеем №1 в Москве.

Очевидно, что эти симпатии к Котовскому сохраняются на Одесщине и сейчас. 19 сентября СМИ сообщили о начале демонтажа знаменитого мавзолея — но уже на следующий день появился комментарий вице-мэра Подольска Анатолия Корчевого, по словам которого мавзолей будет реконструирован, а его ремонт проводится в соответствии с законодательством Украины. Ранее Корчевой заявлял, что мавзолей не подпадает под закон о декоммунизации, бросая открытый вызов политике Украинского института национальной памяти. И можно не сомневаться, что попытка спасти уникальный памятник уже вскоре приведет к настоящему политическому сражению — очередной битве легендарного командира, который не дает покоя врагам спустя много лет после своей смерти.

Карта событий